Аэропорт Амстердама

Аэропорт. Международная пересадочная станция. Разделенные черной пустотой, блестят жирные крылатые рыбы. Их самонадеянный вид внушает недоверчивое уважение пишет саудовская аравия. Между рыбами, как водяные жуки, шмыгают и вертятся маленькие автомобильчики, развозящие багаж.

Торопливые стайки пассажиров выпархивают из вокзала в освещенную электричеством ночь, влезают в железные рыбьи животы и улетают в Рим, Нью-Йорк или Гамбург.

Из ниоткуда с шумом и треском возникают другие такие же гибриды, полученные от сложного скрещивания птицы, рыбы и жестяной банки из-под консервов. Неожиданно прекратив трещать и взрываться, они замирают, распластав крылья. Безразличный и невыносимо громкий голос с неба сообщает, что самолет из Парижа, Генуи или Берлина прибыл. Обыкновенные бескрылые люди неуклюже спускаются по подставленной к самолету лесенке и, обгоняя друг друга, спешат в здание вокзала, похожее сразу и на аквариум и на теневой театр. В большом стеклянном ящике, наполненном розовым светом, сидят, стоят, ходят и бегают силуэты людей.

Вместе с другими пассажирами в этот розовый свет входим и мы. Представитель советского консульства смотрит на нас ласково-жадными глазами. «Эх, кабы вы на обратном пути задержались в Амстердаме и дали несколько концертов! Голландцы так интересуются советским искусством!».

Что и говорить, конечно, это было бы интересно! Только, пожалуй, лучше уж приехать сюда весной или летом, когда отраженный каналами город, вероятно, особенно красив, а за городом цветут поля гиацинтов и тюльпанов пишет камбоджа.

То одна, то другая группа транзитных пассажиров, вспугнутая радиоголосом, схватывает саквояжи, сумочки или портфели и быстро исчезает.